Силы самообороны Японии: трансформация

В России привыкли рассматривать Силы самообороны Японии через призму территориального спора вокруг островов Курильской гряды. Такой подход практичен, но он мешает видеть более широкую проблематику, исходя из которой Япония выстраивает свою оборонную политику и под которую формирует свои вооруженные силы.  14 Июль 2014, 10:42

В своей ежегодно выпускаемой Белой книге „Defense of Japan” Министерство обороны Японии формулирует угрозы, которые считает наиболее существенными для безопасности своей страны. И вопрос «северных территорий» там далеко не приоритетен. Так, в этом документе за 2013 год первоочередной угрозой названо бряцание оружием Северной Кореей, которая выполняет тестовые запуски баллистических ракет и проводит ядерные испытания. Космическая программа северокорейского государства также рассматривается как угроза, поскольку воспринимается лишь прикрытием для совершенствования средств доставки, которые в комбинации с ядерным оружием в руках непредсказуемого и враждебного режима представляют непосредственную и смертоносную угрозу территории и населению Японии.

Другой горячей темой для Японии является растущая военная мощь Китая, который увеличивает военную активность вблизи Японского архипелага, допускает нарушения территориальных вод и вторжения в воздушное пространство, которые Япония считает своими. Наиболее напряженная ситуация в отношениях с Китаем складывается вокруг архипелага Сенкаку. В 2012–2013 годах она уже приводила к тяжелейшим дипломатическим кризисам и балансированию на грани вооруженных столкновений между обеими странами в районе этих островов.

Дальность полета северокорейских баллистических ракет (иллюстрация из Белой книги „Defense of Japan”)

На фоне этих первоочередных проблем Россия вызывает гораздо меньшую озабоченность у Японии, которая, тем не менее, традиционно с подозрением относится к непрерывно растущим военным расходам нашей страны и связанному с этим увеличению ее военной активности в регионе.

В последние годы правительство Японии все большее внимание уделяет глобализации угроз, появлению наряду с прямыми военными угрозами новых, таких как киберугрозы, терроризм и пиратство. Они способны повлиять даже на это изолированное островное государство и уже не позволяют ему замкнуться в рамках привычной концепции защиты своей непосредственной территории от иностранного вторжения.

Изменения в оборонной политике в последние годы

Технический прогресс соседних стран и изменения военного баланса в регионе, а также возникновение новых типов угроз заставили правительство Японии занять более активную позицию в отношении обеспечения безопасности страны.

В марте-апреле прошли трехсторонние встречи с участием лидеров Японии, США и Южной Кореи. На них начала выстраиваться новая региональная стратегия безопасности, уже не полагающаяся на двусторонние договоры государств с США, а предполагающая коллективные усилия. Япония и Южная Корея до сих пор испытывают недоверие и даже неприязнь друг к другу, и подобные встречи должны переломить такую ситуацию, ведь угрозы для обеих стран очень похожи и бороться с ними проще совместно. В перспективе это может привести к созданию некоего азиатского аналога НАТО.

15 августа 2012 года: патрульные катера Береговой охраны Японии заблокировали судно китайских активистов, высадившихся на остров Уоцури, входящий в архипелаг Сенкаку

Премьер-министр Японии Синдзо Абэ уже заявил о необходимости пересмотра положений законодательства страны о самозащите. Сейчас оно не позволяет ей вступать в войну даже в случае атаки на ее союзников. Силы самообороны могут задействоваться только для защиты самой Японии. Если же стратегия последней изменится, их можно будет поставить под ружье для помощи Южной Корее при столкновении ее с Северной. Станет передовым щитом США и система ПРО Японии, которая может перехватывать северокорейские баллистические ракеты на большинстве траекторий к США.

С целью оказания помощи новым потенциальным союзникам и лучшего парирования угроз для самой Японии, неизбежным является расширение ее «периметра обороны», увеличение радиуса зоны контроля, на которую Япония должна быть способна проецировать свой военный потенциал. Возросла потребность в частях, способных действовать за рубежом в рамках международных усилий, для обеспечения возможности защиты интересов граждан и компаний Японии за рубежом и поддержания «мирового порядка». Фактически это приводит к необходимости отказа от концепции локальных Сил самообороны и построения на их основе полноценной армии.

Хотя их название остается прежним и вряд ли изменится в обозримом будущем, отражением такой трансформации является реформирование структуры управления войсками. В 2007-м взамен просуществовавшему с 1954 года Оборонному агентству при правительстве было образовано полноценное Министерство обороны, имеющее больше самостоятельности и политического веса, чем его предшественник.

Изменения не ограничились сменой вывески или перестановками в командном составе. Вместе с созданием министерства были сформированы и Центральные силы быстрого реагирования (Central Readiness Force, CRF), куда вошли воздушно-десантная и вертолетная бригады, полк быстрого развертывания и группы специального назначения. Эти формирования стали первой ласточкой создания группировки, способной к зарубежному развертыванию, и первыми заданиями для нее были международные гуманитарные операции. CRF уже наработали первый опыт, участвуя в миротворческой миссии на Голанских высотах, в Южном Судане и гуманитарной операции на Гаити после катастрофического землетрясения.

Принятая в декабре 2013 года Национальная оборонная программа Японии на 2014 год и последующий пятилетний период продолжает тенденцию к увеличению возможностей по проекции силы на обозначенную зону контроля.

Президент США Барак Обама, премьер-министр Японии Синдзо Абэ и президент Республики Корея Пак Кын Хе в резиденции американского посла в Гааге, Нидерланды, 25 марта 2014 года
При сохранении численности Сухопутных сил самообороны на нынешнем уровне в 159 тыс. человек в них планируются крупные структурные изменения. Прежде всего, японское Министерство обороны отходит от концепции территориальной обороны, когда большинство дивизий и бригад ориентированы на защиту тех регионов страны, в которых они расположены. Из восьми территориальных дивизий три будут трансформированы в дивизии быстрого развертывания, которые и по оснащению и по тыловому обеспечению должны быть способны к быстрой переброске внутри страны, а при необходимости и за ее пределы. То же самое будет проделано с четырьмя из шести бригад. Всего с учетом CRF Япония планирует иметь в силах быстрого развертывания четыре дивизии, включая одну танковую, и пять бригад, в том числе одну — морской пехоты.

Полноценная бригада морской пехоты, оснащенная для амфибийных операций, будет создана впервые в японской послевоенной истории на основе нынешнего полка морской пехоты сокращенного батальонного состава, расположенного в Нагасаки. Бригада будет приближаться по своей структуре к бригаде морской пехоты США. Для ее оснащения в США закупят амфибии AAV-7 и конвертопланы Osprey, она получит и новые японские Maneuver Combat Vehicle, оснащенные 105-мм пушкой (см. Technowars #12/2013, стр.132). Техника бригады будет пригодна для переброски по воздуху на японских транспортных самолетах C-2. Создание такого соединения должно резко повысить возможности Сил само­обороны по защите ими «спорных» островов и оперативному наращиванию там своего присутствия в случае необходимости.

JDS Kirishima (DDG-174), эсминец типа Kongo — один из шести оборудованных БИУС Aegis. Соответствующая модификация корабля, вступившего в строй в 1996 году, была проведена в 2008-2010 годах.
Планы по расширению возможностей контроля экономической зоны и спорных территорий неизбежно потребовали усиления и Морских сил самообороны. Они пополнятся новой флотилией эсминцев, что доведет их численность с нынешних 47 до 54 единиц. С 6 до 8 будет увеличено количество эсминцев, оборудованных системой Aegis, после чего они станут главным компонентом национальной системы ПРО. Серьезное пополнение ожидает подводные силы. В них также будет сформирована дополнительная флотилия, что позволит довести численность субмарин с 16 до 22. Для контроля окружающих страну морей Япония планирует закупить три комплекса разведывательных БЛА RQ-4 Global Hawk.

Меньшие изменения ожидают Воздушные силы самообороны. Их численность и структура не претерпят изменений. Добавится лишь одна эскадрилья истребителей F-35 и эскадрилья самолетов-заправщиков. При этом количество истребителей возрастет на двадцать штук, достигнув 280 единиц. Обращает на себя внимание, что, несмотря на планы по увеличению возможностей зарубежного развертывания, в обозримой перспективе не планируется увеличения количества транспортных самолетов ВСС. Они сохранятся в составе всего лишь трех эскад­рилий, хотя и будет происходить постепенная замена самолетов С-1 на более грузоподъемные С-2 новой японской разработки.

В последние годы на уровнях вплоть до Министра обороны Японии нередко возникает упоминание о возможностях разработки страной ядерного оружия. Высокотехнологичную Японию с ее развитой ядерной инфраструктурой для электростанций и собственными средствами доставки останавливают от присоединения к клубу ядерных держав лишь самоограничения, наложенные национальным законодательством. Против и общественное мнение страны, испытавшей две ядерные катастрофы.

Пушечный бронеавтомобиль Maneuver Combat Vehicle появился после согласования новой стратегии развития бронетанковых войск Японии. Серийный выпуск MCV начнется в 2016 году.

Но такое оружие — слишком мощное средство сдерживания, чтобы правительство могло им пренебречь перед лицом быстрого усиления Китая и ядерной угрозы от Северной Кореи. В случае серьезного ухудшения обстановки в регионе нельзя исключать разработки Японией ядерного оружия за 5–10 лет. Тем не менее пока ее оборонные планы сосредоточены на традиционных вооружениях.

Текущие планы оборонных закупок

Япония чрезвычайно консервативна в отношении оборонного бюджета своей страны, однако для проведения запланированных изменений ей пришлось впервые за десять лет пойти на увеличение оборонных расходов.

Предыдущий пик оборонных расходов пришелся на 2002 год, когда расходы составили 4,94 триллиона иен (ок. $50 млрд). После этого на протяжении десяти лет проводилось пусть и незначительное, но планомерное снижение расходов на несколько десятых процента в год. В 2012 году они сократились до 4,65 трлн иен. В 2013 году, после обострения отношений с Китаем, они впервые возросли на 0,8%, а на 2014 год запланирован и вовсе бурный по японским меркам рост сразу на 2,2%, что должно довести бюджет до 4,78 трлн иен. Тем не менее он по-прежнему будет меньше, чем в 2002 году. Планируется его дальнейшее увеличение в ближайшие годы еще примерно на 5%.

Российские ученые, изучившие пробы аэрозолей, отобранных после аварии на АЭС «Фукусима-1», с помощью масс-спектрометрии, высказали предположение о незаявленной ядерной деятельности, имевшей место до инцидента

Такие медленные темпы эволюции военных статей бюджета показывают, что Япония не намерена проводить крупных программ перевооружения в сжатые сроки, что неизбежно потребовало бы заметно больших затрат.
Закупки вооружений для Сил само­обороны вообще остаются достаточно скромными. При оборонном бюджете, сопоставимом с российским, основная его часть расходуется на содержание существующей армии и вооружений. Масштабы новых закупок значительно уступают и российским, и китайским. Не в последнюю очередь это связано с чрезвычайно высокой ценой производимых в Японии вооружений.
Список наиболее крупных закупок Сухопутных сил самообороны в 2013–2014 гг. не слишком впечатляет. Стоит отметить приобретение для них двух вертолетов (по одному UH-60JA и AH-64D), роты комплексов ПВО ближнего радиуса Type-11 и пяти рот (20 машин) противокорабельных ракет наземного базирования. Более обширен список бронетехники: 27 танков Type-10, 12 самоходных гаубиц Type-99 и сотня единиц легкой бронетехники, включая 19 БТР Type-96.

Приобретения флота за эти два года более весомы. Это два эсминца, две подводные лодки, два морских тральщика и один спасательный корабль, а также 5 новых патрульных самолетов P-1. Четыре эсминца с системой Aegis пройдут модернизацию для повышения их противоракетных возможностей.

Воздушные силы самообороны должны получить 6 F-35A, 18 прошедших модернизацию F-15, два военно-транспортных C-2 и три спасательных вертолета UH-60J.

Важнейшие японские оборонные программы

В рамках действующей уже несколько десятилетий философии достижения самодостаточности в оборонной сфере правительство Японии поддерживает и субсидирует разработку и производство в стране полного спектра вооружений для наземной, воздушной и морской войны. Даже те виды вооружений, которые приходится закупать за рубежом, обычно также производятся по лицензии и в самой Японии с максимальной локализацией. Несмотря на самоограничения, которые блокируют экспорт оружия, делая образцы национальной разработки малосерийными и очень дорогостоящими, ВПК страны сохраняет возможности по разработке современных и интересных видов вооружений.

Вертолетоносцы класса Izumo

Самым значительным событием для Морских сил самообороны Японии стал проведенный 6 августа 2013 года спуск на воду нового вертолетоносца класса Izumo. Самый большой в их распоряжении корабль полным водоизмещением в 27000 тонн хоть и классифицируется традиционно для Японии как эсминец, имеет все характеристики полноценного вертолетоносца.

Насколько приоритетным является этот проект, демонстрируют темпы его реализации. Планы по созданию корабля такого класса были официально обнародованы в нояб­ре 2009 года. В 2011 году с компанией IHI был подписан контракт на постройку, церемонию закладки провели в январе 2012-го, через полтора года осуществили спуск на воду, а закончить постройку и передать вертолетоносец флоту должны уже в 2015 году. В январе 2014 г. заложен и второй корабль этого проекта, который должен войти в строй в 2017 году.

Спущенный на воду в августе 2013 года вертолетоносец класса Izumo на сегодня является крупнейшим надводным кораблем в составе Морских сил самообороны Японии

В состав авиагруппы эсминца будут входить 14 вертолетов, включая, по крайней мере, два тяжелых транспортных CH-47 Chinook. Большинство же будут составлять меньшие по размерам вертолеты H-60. Десантные возможности корабля меньше, чем у специализированных универсальных десантных кораблей, тем не менее он способен брать на борт несколько десятков грузовиков или легкую бронетехнику.

Разумеется, официально эти суда заявлены как многоцелевые, предназначенные для эскортных и противолодочных операций. Как и большинство кораблей такого класса, они могут эффективно применяться и для проведения миротворческих и спасательных операций в случае крупных стихийных бедствий в регионе. Но то, что они существенно расширяют не только миротворческие, но и оборонные возможности Японии в регионе, ни у одного из ее соседей сомнений не вызывает. Два Izumo, которые планируется построить, должны заметно увеличить возможности Японии по проекции силы за пределы своей территории и проведению десантных операций.  

ATD-X

Ключевым проектом японского авиа­прома является программа создания для Воздушных сил самообороны истребителя пятого поколения. В связи с решением о завершении выпуска японских истребителей F-2 правительство Японии в 2007 году решило профинансировать НИОКР прототипа будущего истребителя — ATD-X. Считается, что это должно способствовать сохранению компетенции страны в этой сложнейшей области ВПК, восстановить которую в случае утраты будет уже невозможно.

Mitsubishi F-2 Сил самообороны Японии создан на базе General Dynamics F-16 и выпускался до 2011 г.

Полет первого летного образца Mitsubishi ATD-X Shinshin был назначен на 2014 год, но затем перенесен на конец 2015-го. По данным Aviation Week, на ATD-X приходится примерно 30% человеко-часов, которые Япония тратит на разработку военных самолетов.
По долгосрочной программе создания истребителя будущего до 2027 года Mitsubishi Heavy Industries должна разработать истребитель-«невидимку» с двигателями с всеракурсным управлением вектором тяги, радаром с активной фазированной решеткой, совершенным интегрированным комплектом сенсоров и электродистанционной системой управления с использованием оптоволокна (fly-by-light). Уже завершается сборка первого самолета по программе ATD-X. Но надо подчеркнуть, что он не является тем самым «истребителем будущего». Это всего лишь опытный образец, демонстратор технологии. По своей роли он напоминает не F-22 или ПАК ФА, а российский С-47 «Беркут», использованный в итоге как летающая лаборатория. Японский ATD-X на самом деле даже еще более далек от настоящего боевого самолета, так как является уменьшенным на треть от размеров разрабатываемого истребителя будущего.

Продувочная модель ATD-X

Патрульный P-1 и транспортный C-2

Разработка транспортных P-1 и С-2 пусть и не так эффектна, как создание распиаренного истребителя пятого поколения, но более значительна. Даже создание транспортных самолетов с турбореактивными двигателями в современном мире является сейчас уделом от силы десятка стран. Поэтому для Японии это, безусловно, крупное достижение.

Их разработка стартовала еще в 2001 году, когда было принято решение о создании самолетов, которые должны были заменить сразу как военно-транспортные С-1 японской разработки, так и устаревшие противолодочные PC-3 Orion.

В целях экономии бюджетных денег планировалось, что оба эти самолета будут максимально унифицированы между собой и производить обе модели станет Kawasaki Heavy Industries. Но в процессе разработки и уточнения требований пути проектов значительно разошлись. Теперь они отличаются даже количеством двигателей, диаметром фюзеляжа, углом атаки крыла и т. д.

Несмотря на то что разработка морского патрульного варианта стартовала немного позднее, чем военно-транспортного, он совершил первый полет раньше его — в 2007 году. Япония традиционно являлась оплотом США в регионе против советских подводных лодок. Результатом такой «специализации» стал большой и уже сильно изношенный флот противолодочных патрульных самолетов. Как и его американские предшественники, четырехдвигательный P-1 рассчитан на длительное патрулирование окружающих Японию морей и морских путей, а при необходимости должен быть способен нести и противокорабельные ракеты, что значительно повышает возможности Морских сил самообороны.

Первый прототип транспортного C-2 (Kawasaki XC-2) в сопровождении Kawasaki T-4

Двухдвигательный высокоплан С-2 совершил первый полет лишь в 2010 году, на несколько лет позже, чем более легкий P-1. На проводимых статических испытаниях была выявлена недостаточная прочность конструкции, что привело к необходимости перепроектирования и внесения изменений. Призванный заменить С-1 разработки начала 70-х годов прошлого века, он значительно превосходит его по характеристикам: максимальная грузоподъемность выросла с 8 до 30 тонн, а дальность увеличилась с 1700 км до 6500 км у С-2 (с 12 тоннами груза); при этом он должен сохранить возможность использоваться также с неподготовленных грунтовых и травяных взлетно-посадочных полос.

Совершенно очевидно, что такое изменение характеристик отражает не только увеличение потенциала авиационной промышленности Японии, но и ориентацию Воздушных сил самообороны на возможность воздушной переброски военной техники.

На покупку первых двух серийных экземпляров для МО Японии в бюджете на 2014 финансовый год заложено $390 миллионов. Столь же дорогостоящим получаются и P-1, которые в количестве трех единиц будут приобретены в 2014 году за $584 млн. Это является типичным для Японии следствием малосерийности проекта. Всего планируется закупить около 70 P-1 и 40 C-2. В результате отечественные транспортные и патрульные самолеты обходятся каждый японскому Министерству обороны даже дороже скандально знаменитых своей непрерывно растущей ценой истребителей F-35A. 

Maneuver Combat Vehicle (MCV)

Ключевым компонентом стратегии увеличения мобильности Сухопутных сил самообороны должна стать новая боевая машина, разработанная техническим проектно-конструкторским институтом Министерства обороны Японии — Maneuver Combat Vehicle (MCV). Представленная в 2013 году колесная машина с формулой 8х8 по своей концепции очень напоминает итальянскую Centauro или американскую M1128 Stryker MGS.

Основным ее вооружением является 105-мм пушка, размещенная во вращающейся обитаемой башне, смещенной к задней части машины. С ней спарен 7,62-мм пулемет, еще один смонтирован на крыше башни. Панорамный прицел командира и развитая система управления огнем позволяют использовать MCV для борьбы с другой бронетехникой и малоразмерными целями. Колесное шасси дает возможность развивать скорость по дороге до 100 км/ч и иметь запас хода не менее 400 километров.

Новая боевая машина должна увеличить маневренные возможности японских Сухопутных сил самообороны, которая ранее полагалась на гусеничные образцы тяжелого вооружения. Кроме того, она изначально спроектирована с учетом требования аэромобильности на новых самолетах C-2. Подразделения, вооруженные MCV, могут быть оперативно переброшены на отдаленные острова, где возможно их применение для береговой обороны. Формируемая бригада морской пехоты Японии будет иметь на вооружении около 100 таких боевых машин.

ПРО

После начала испытания Северной Кореей дальнобойных баллистических ракет, способных достичь Японии, в декабре 2003 правительство Японии приняло решение о создании национальной системы ПРО, способной защитить всю территорию страны. Создаваемая система полагается на два слоя защиты — объектовую ПРО на основе комплексов Patriot PAC-3 и стратегическую на основе эсминцев национальной постройки, оснащенных американской системой Aegis.

Запуск ракеты с борта эсминца Kirishima, оборудованного БИУС Aegis

Совместно с США Япония ведет разработку ракеты SM-3 Block IIA, которая должна значительно увеличить возможности системы ПРО, установленной на японских кораблях сейчас. На долю Японии в новой ракете приходится разработка носового обтекателя и ракетного двигателя второй ступени. Совместно с США также разрабатывается инфракрасная система наведения противоракеты, проводящая селекцию ложных целей от реальных боеголовок и саму кинетическую боеголовку противоракеты, которая разрушает цель при прямом попадании. По японским расчетам, всего трех эсминцев, оснащенных системой Aegis с ракетами SM-3 Block IIA, будет достаточно для прикрытия всей территории основных островов страны от единичных запусков баллистических ракет. Развертывание всех запланированных на ближайшее пятилетие 8 эсминцев с этой системой должно позволить отражать удары и в случае группового запуска баллистических ракет среднего радиуса действия.

Владимир Хрусталев, эксперт международной организации Lifeboat Foundation
«Время от времени в японских СМИ и в речах тех или иных бывших и действующих представителей власти звучит тезис о необходимости создания и развертывания ЯО. Обычно потом следуют официальные заявления о том, что Япония не собирается уходить от неядерного статуса, но если обстановка изменится, то заранее не обещают в нем оставаться, благо страна пользуется гарантиями со стороны американского „ядерного зонтика” и является участником Договора о нераспространении ядерного оружия в качестве неядерного государства. Тем не менее в Японии МАГАТЭ регулярно наталкивалась на различные нестыковки с отчетами по делящимся материалам, признаки различных скрываемых работ и т. д. Сочетание подобных фактов с развитой ядерной энергетикой, большими запасами расщепляющихся материалов и высоким уровнем смежных отраслей указывает, что до недавнего времени в Японии — вероятно, „про запас” — практически изучались возможности производства и развертывания собственных ядерных зарядов.

В настоящее время Вашингтон и Токио договорились о вывозе в США запасов расщепляющихся материалов, пригодных для создания ЯО, и если все пойдет по плану, то возможности Японии по быстрому созданию и развертыванию ядерного арсенала будут снижены. Также серьезно мешало бы таким работам и общее болезненное внимание к ядерному комплексу Японии после землетрясения и ядерного ЧП 2011 года. Однако вряд ли Токио откажется от этих возможностей до конца, хотя в настоящее время сохраняется прежний статус страны. Если же соответствующее решение будет принято, то в режиме форсированных работ и при наличии делящихся материалов на хранении Токио способен произвести ядерный заряд уже через 9–12 месяцев. В течение 1–2 лет от начала работ можно ожидать вполне применимых в военных условиях ядерных боеголовок. Если ЯО будет создаваться в скрытном, неторопливом режиме и без предварительно складируемых расщепляющихся материалов, то до получения первых образцов может пройти 2–3 года.

И все-таки, учитывая все возможные издержки выбора ядерного пути (в первую очередь внешнеполитические), пока Япония выбирает неядерные варианты развития вооруженных сил.» 

Заключение

Конфликт Японии и Китая вокруг спорных островов Сенкаку стал мощным фактором развития японских Сил самообороны и хорошим поводом для их трансформации. Горячий территориальный конфликт и растущая уверенность страны в своих силах позволили преодолеть традиционную японскую осторожность в отношении наращивания возможностей своих вооруженных сил.

В то же время нельзя не отметить, что рост оборонного бюджета страны остается крайне ограниченным и значительно уступает по соответствующим показателям как Китаю, так и России, а оборонные закупки достаточно скромны по объемам. Проводимые реформы являются скорее реакцией на внешние раздражители, чем свидетельством растущей агрессивности Японии.

В то же время надо понимать, что с увеличением военных возможностей Японии растет и угроза Курильским островам. Они на сегодня не являются приоритетом внешней политики Японии, однако новая маневренная и мобильная армия, которая будет построена, позволяет стране при желании оперативно поменять вектор своего военного давления. И в таком случае угроза для близких к Японии Курил будет гораздо ощутимее, чем для отдаленных Сенкаку.