Кем ты хочешь быть завтра? 

Уже десять лет военные ведомства сотрудничают с гражданскими клиниками, финансируя совместные исследования в области лицевой хирургии, не скрывая, что приоритетные интересы военных связаны с трансплантацией лица. Технология, позволяющая устранить последствия страшных ранений военнослужащих, может применяться и для других целей — например, для изменения внешности ценных свидетелей, перебежчиков и шпионов 17 Июль 2015, 12:23
Академик В. П. Филатов, разработавший метод пересадки донорской роговицы глаза

Трансплантология — наука с историей


Первые операции по пересадке тканей были зафиксированы в Индии еще несколько тысячелетий назад. Поскольку лекарств для подавления реакции отторжения организмом чужеродного трансплантата тогда не существовало, в ходу была только аутотрансплантация, то есть пересадка собственных тканей пациента (чаще всего — кожи). В ХХ веке медикам удалось значительно продвинуться в области косметической трансплантологии (примерно тогда же появился термин «пластическая хирургия»), а также в пересадке костной и хрящевой тканей.
Травмы головы, лица и шеи остаются наиболее распространенными среди военнослужащих, задействованных в боевых операциях. Площадь поверхности этих частей человеческого тела не превышает 12% от его общей площади, но, как свидетельствует статистика, именно ранения в голову, лицо и шею являлись причиной 40% смертей во время Второй мировой, Корейской и Вьетнамской войн.
Не изменилось это соотношение и в наши дни. Так, в исследовании Медицинского исследовательского центра ВМС США (Naval Health Research Center), посвященном анализу потерь во время второй фазы войны в Ираке, — выборка проводилась в течение семи месяцев 2004 года — сообщается, что общее количество ранений в этот период составило 1666. Из них 1011 приходилось на голову, лицо и шею (61%). Число ранений в область лица отмечено в 653 случаях — нетрудно заметить, что передняя часть головы была и остается самым уязвимым местом солдата.
Помочь вернуться к нормальной жизни военнослужащим, получившим тяжелые травмы в «горячих точках» — основная цель описываемой ниже инициативы. Причем речь идет не о совершенствовании навыков пластической хирургии, а о трансплантации донорского лица. В идеале, после такой операции внешний вид пациента не должен выдавать того, что он перенес тяжелую травму и был изуродован.
Официально заявленная причина, по которой финансируются разработки в области трансплантации лица, проста: лечение военно­служащих, получивших травмы при несении воинской службы, оплачивается военным ведомством. Поэтому чем больше хирургов освоит эту непростую операцию, тем дешевле это будет обходиться бюджету.
Нужно отметить, что в судебной системе ряда государств, включая США и Российскую Федерацию, в рамках программы по защите свидетелей помимо прочих мероприятий, призванных спрятать ценного информатора, предусмотрена смена внешности. Статистику подобных операций получить непросто, однако если судить по публикациям в прессе, операции по смене внешности — экзотическое, но не столь редкое явление в зарубежной судебной практике. Рамки программы могут быть легко расширены для включения в число «свидетелей» лиц, защита которых в интересах Соединенных Штатов. Так, в конце 2013 г. появилась информация, что Ко Ен Сок, тетя лидера КНДР Ким Чен Ына по материнской линии, получила политическое убежище в США и изменила внешность — вместе со своим супругом. Следы северокорейской пары затерялись еще в 1998 году. С другой стороны, подобные публикации вполне могут быть дезинформацией для того, чтобы запутать возможных преследователей. Интересное совпадение: в 2002 году на экраны вышел фильм «Умри, но не сейчас» — очередной триллер про приключения Джеймса Бонда, агента британской внешней разведки. По сценарию, его противником становится полковник армии КНДР Тан Сун Мун, после первого неудачного покушения до неузнаваемости изменивший свою внешность в одной из частных клиник, причем изменились даже характерные расовые признаки лица — теперь он европеец. Тем не менее в данной статье рассказывается о более реалистичных и часто встречающихся предпосылках к подобным операциям.

Первую частичную пересадку лица осуществили во Франции в 2005 году — Изабель Динуар была изуродована собственной собакой. В ходе операции использовался треугольный фрагмент донорского лица, включавший ткани ротовой и носовой областей. Полная же трансплантация лица была впервые проведена в марте 2010 года, когда на операционном столе оказалась жертва огнестрельного ранения.

Травма лица — это еще и сильнейшая психологическая травма. Человеку, лицо которого полностью или частично повреждено, очень трудно, а иногда и невозможно социализироваться, найти работу, обрести друзей. В этом случае трансплантация дает шанс пациенту вернуться к нормальной жизни.
Так, Ричард Норрис (Richard Lee Norris), лишившийся нижней части лица в результате несчастного случая около 15 лет назад, все эти годы выходил из дома только в хирургической маске. По словам самого Ричарда, он неоднократно подумывал о самоубийстве. В 2012 году его прооперировали, пересадив лицо погибшего в автокатастрофе донора. Операция продолжалась 36 часов и считается самым сложным на сегодняшний день хирургическим вмешательством такого рода. В настоящее время пациент полностью восстановился и вернулся к полноценной жизни. Сам Норрис считает день операции своим вторым днем рождения.
Доктор Богдан Помагач верит, что трансплантация может стать привычной, повседневной  хирургической операцией
(фото: www.brighamandwomens.org)
Д-р Богдан Помагач (Bohdan Pomahac), пластический хирург, проведший пять успешных трансплантаций лица в бостонской клинике Brigham and Women’s (одна из ведущих клиник Гарвардской медицинской школы), рассказывает: «Внешний вид пациентов до и после трансплантации — это небо и земля. Новые хирургические технологии позволяют нам делать такие операции, о которых раньше можно было только мечтать».

На сегодняшний день в мире проведено более двух десятков успешных операции по трансплантации лица. Так, расходы на первую операцию Помагача по пересадке лица Джиму Маки (Jim Maki) после электроожога были покрыты клиникой, а четыре последующих (стоимостью $250 тыс. каждая) оплачены из гранта, выделенного в рамках специальной биомедицинской инициативы: в 2011 году трансплантации лица подверглись Даллас Винс (Dallas Wiens), получивший тяжелую электротравму, и бывший военнослужащий Митч Хантер (Mitch Hunter), пострадавший во время оказания помощи женщине, попавшей в автокатастрофу, а также Карла Нэш (Charla Nash), которую изуродовал ручной шимпанзе; в 2013 году Помагач прооперировал Кармен Тарлтон (Carmen Tarleton), получившую сильнейшие ожоги лица. Клинике Brigham and Women’s выделено дополнительное финансирование еще на шесть подобных операций. Для трансплантации уже выбрано три очередных пациента, которые в настоящее время ожидают подходящих доноров.
Богдан Помагач особенно рад «социальным результатам» лечения: «Пациенты после операции воссоединяются с семьями, вступают в брак, заводят себе новые хобби, — одним словом, снова интегрируются в общество», — отметил он.
Успешно прооперированный Джим Маки выступает перед аудиторией в Исследовательском центре снаряжения Армии США (справа — д-р Помагач)
Такое новое и динамично развивающееся направление, как 3D-печать, помимо прочих вариантов использования вполне применимо для создания внутренних органов человека. Правда, если проблемы этического характера, как в случае с клонированием, здесь отсутствуют, то сама технология еще требует долгих лет развития. Ученые не отрицают возможности печати самых разнообразных тканей человеческого организма, но полноценное их применение будет возможно лишь лет через десять. Интересно, что вклад в развитие 3D-печати органов человека могут внести отечественные ученые. Например, компания «Инвитро» недавно запустила собственный проект по разработке соответствующих технологий. Прогнозируется, что первая искусственная почка, практически ничем не отличающаяся от «оригинальной» будет напечатана к 2030 году.

...и проблемы

После любой трансплантации (даже если донором выступил близкий родственник пациента) требуется постоянно принимать препараты, угнетающие иммунитет. Это необходимо, чтобы организм пациента не отвергал чужеродные ему ткани. Несоблюдение этого требования приводит к отторжению трансплантата. Расходы на иммуносупрессорные препараты достигают $10 тыс. на одного пациента в год. Кроме того, человек с искусственно сниженным иммунитетом более других подвержен инфекционным заболеваниям.
Поэтому второе, но не менее важное направление — исследование иммунной системы человека. Мечта медиков (к сожалению, пока нереализованная) — добиться того, чтобы трансплантат перестал быть для организма пациента чужеродным. «Пока мы делаем только первые шаги в этом направлении, — отметил доктор Майкл Гивен (Michael Given), специалист-трансплантолог, — и наша главная цель — научиться проводить трансплантации не прибегая к иммуносупрессорам вообще.»
Как вырастить идеального человека
С особым вниманием трансплантологи следят за успехами генетиков — в частности, за экспериментами по терапевтическому клонированию. Если в перспективе можно будет изготавливать генетически идентичные органы и ткани, то проблема совместимости при пересадке перестанет быть актуальной. От пациента потребуется только образец ДНК, из которого можно будет вырастить хоть почку, хоть сердечный клапан. И, естественно, клонированные органы не будут отторгаться после пересадки. Интересно, что по поводу этичности выращивания человеческого организма «в пробирке» до сих пор идут жаркие споры.
 
Овца Долли, первое теплокровное животное-клон, родилась 5 июля 1996 года, но дебаты на тему возможности клонирования живых существ и тем более человека не прекращаются по сей день
В февральском номере American Journal of Transplantation появилась информация о первых успехах, связанных с решением проблемы отторжения тканей при трансплантации органов человека, включая операции на лице. Команда ученых из Гарвардской медицинской школы и Медицинского центра Массачусетса (Massachusetts General Hospital) добилась положительных результатов в экспериментах по трансплантации, сопровождаемых пересадкой костного мозга донора. По утверждению ученых, опыты, проведенные на животных, показывают, что подобная методика позволяет снизить количество препаратов, подавляющих иммунитет реципиента, и даже полностью отказаться от их использования. Ученым удалось добиться так называе­мого смешанного химеризма, стабильного состояния организма, когда иммунная система пациента может содержать как его собственный генный материал, так и донорский.
Уже сейчас благодаря достигнутым результатам количество необходимых иммуноподавляющих препаратов удалось уменьшить. Это не только снижает стоимость лечения, но и позволяет сберечь здоровье пациентов, избавляя их от неизбежного в таких случаях побочного действия лекарств.
Доктор Богдан Помагач считает, что возможность отказаться от посттрансплантационной лекарственной терапии произведет настоящую революцию в медицине. «Любую часть человеческого тела можно будет заменить, — считает медик, — и, кроме того, мы получим ключ к лечению других иммунных заболеваний: аллергии, рака... И все это — благодаря инициативе Министерства обороны, сделавшего такие исследования возможными.»
В последние месяцы в информационных лентах все чаще появляются сообщения о разработке и совершенствовании систем распознавания лиц, способных обрабатывать огромные потоки входящих данных. Возможно, трансплантация лицевых тканей станет ответным ходом спецслужб в рамках извечного сражения «щита и меча».