Арктические войска: выжить, быть автономными и мобильными

Необходимость совместных усилий в применении Арктической стратегии МО США на тактическом и оперативном уровнях 23 Март 2015, 16:19

Перед вами перевод статьи капитана Натана Фрая (Nathan Fry),  офицера разведки третьего батальона 172-го пехотного полка (горная пехота, 86-й бригадной тактической группы Национальной гвардии (горная пехота, шт. Вермонт).

Натан Фрай получил степень бакалавра по специальности «Русский язык» в Дикинсон-колледже и сейчас работает над получением степени магистра по специальности «Природные и экологические ресурсы» в школе Рубенштейна университета штата Вермонт.
Фрай также собирается получить сертификат инструктора по альпинизму и горным лыжам от Международной федерации Ассоциации горных гидов. Он руководил американскими подразделениями в ходе учений «Воин Севера – 2014» на Баффиновой Земле.


По мере роста напряженности в отношениях США и СССР после Второй мировой войны американские специалисты в области планирования и стратегии сосредоточили серьезные усилия и ресурсы на вопросах освоения Арктики и разработки теории военных действий в экстремальных погодных условиях, преимущественно в связи с потенциальными территориальными спорами на общих границах России и Аляски, а также Канады — северным союзником США. Армия США, посчитавшая тактические и иные сложности, с которыми она столкнулась в холодной горной местности Кореи, а также предполагаемое превосходство Советов в вопросе ведения войны в холодном климате, брошенным ей вызовом, провела ряд учений в течение 50-х гг., таких как «Ледник» („Ice Cap”), «Полярная звезда» („Lode Star”), «Нанук» („Nanook”) и «Глубокая заморозка» („Deep Freeze”). Ею были подготовлены отчеты, подробно описывающие опыт и требования; отчеты затрагивали проведение операций в Арктике и Субарктике вплоть до конца 1970-х гг.

Тем не менее к началу 1980-х годов конфликты военных и политических интересов отодвинули арктический вопрос на задний план, где он оставался и в начале нового тысячелетия. Угасшие стратегические интересы, таким образом, подтвердили правильность прогнозов, согласно которым арктический регион будет оставаться для специалистов по стратегическому планированию делом десятой важности до тех пор, пока «не будут найдены залежи стратегических полезных ископаемых» и пока не возникнет их «дефицит» в более доступных регионах.

Потребность в жизнеспособной Арктической стратегии

На сегодняшний день, когда война в Ираке и Афганистане уже не является приоритетной задачей в оборонительных стратегиях стран НАТО, и значительная часть их военных сил выведена из этих точек, специалисты по стратегическому планированию стали ожидать возникновения других вероятных значимых конфликтов в будущем. Учитывая, что в предыдущем десятилетии открылся Северо-Западный проход (морской путь через Северный Ледовитый океан вдоль северного берега Северной Америки, соединяет Атлантический и Тихий океаны — прим. Technowars), что привело к увеличению числа промысловых и туристических морских перевозок, а также спровоцировало резко возросший коммерческий интерес к региону, можно небезосновательно утверждать, что Арктика станет зоной все возрастающего стратегического интереса Соединенных Штатов.

Оборудование полевого лагеря во время учений «Воин Севера – 2014»
Из числа стран, стремящихся стать арктическими державами или уже являющихся ими, четыре из пяти государств, чьи границы пересекают Северный полярный круг, признают необходимость укрепления обороноспособности и предпринимают шаги по созданию или увеличению численности специализированных наземных подразделений для решения тех задач, которые ставит перед ними Арктический регион. Примечательно, что Канада, Норвегия и Россия провели перегруппировку целых подразделений с целью обеспечения боеготовности арктических войск и подготовки к проведению операций в данном регионе. При этом у США отсутствуют какие-либо особые возможности ведения войны в арктических условиях, несмотря на то, что Аляска является значительной частью ценной территории, граничащей с Россией — страной, которая не так давно без особых угрызений совести захватила территорию со спорными границами в другом регионе.

Хотя Министерство обороны США (далее — МО) опубликовало в 2013 году свою Арктическую стратегию, данный документ в лучшем случае можно считать описанием очень обобщенного подхода к данному вопросу. Его содержимое наглядно показывает, что вооруженным силам США не хватает глубокого понимания поставленной в отношении Арктики задачи. Кроме того, он изобилует общими задачами, которые на данный момент невозможно выполнить на тактическом и оперативном уровне, если не уделять им достаточного внимания.

В последующих публикациях в поддержку Арктической стратегии МО, ВМС, Корпус морской пехоты и береговая охрана США продемонстрировали серьезный и дельный подход к подготовке к проведению боевых операций в Арктике. В отличие от них Армия США до сих пор не выказывала явного стратегического интереса к этому региону. В конечном счете это выливается в недостаточную подготовленность к решению непредвиденных проблем, которые могут возникнуть в отношении ведения военных действий в Арктике.

Так как отсутствует всякое формальное требование готовности Армии США, резервных войск и Национальной гвардии сухопутных сил к ведению военных действий в Арктике, действующая структура набора вооруженных сил и политика в отношении личного состава продолжают препятствовать выработке у солдат действующих подразделений навыков, необходимых для защиты интересов США в Арктике. Кроме того, имеющееся в распоряжении оборудование устарело и непригодно для продолжительной эксплуатации в арктических условиях. США, как утверждает Симон Визман (Siemon Wezeman) в своем исследовании готовности различных стран к ведению военных действий в Арктике, загнали себя в ловушку, не сумев понять отличий между вооруженными силами, работающими в условиях холодного климата, и войсками, способ­ными функционировать в Арктике, — и такая ситуация отнюдь не нова.

Уроки, извлеченные из учений в Арктике 

Недавний опыт американских вооруженных сил подтверждает, что личный состав, подготовленный к операциям на Севере, действительно склонен считать, что готов и к Арктике. В феврале и марте 2014 года 14 солдат из 86-й бригадной тактической группы (Национальная гвардия штатов Вермонт и Мэн), Школы военных действий в горной местности армии США, Школы легкой пехоты 10-й Горной дивизии, а также Группы асимметричных боевых действий присоединились к 35-й канадской бригадной группе «Арктический удар» („Arctic response”) на время проведения учений «Воин Севера» („Guerrier Nordique”). Эти учения, в которых США принимали участие уже четвертый год, прошли на наиболее высокой широте за всю свою историю — в окрестностях города Икалуит, Баффинова Земля, территория Нунавут, Канада. Члены американской команды были так впечатлены теми задачами, которые им предстояло решить при ведении военных действий в условиях Арктики, что решили создать записи о своем опыте в попытке привлечь внимание Армии США к вопросу критического недостатка возможностей ведения таких действий.

В ходе своего участия в учениях представители ВС США поняли, что при понижении температуры до критических отметок сложность выполнения заданий возрастает экспоненциально. В отдельных случаях их невозможно выполнить, следуя отработанным методикам действий в условиях холодного климата — методикам, которые могут работать в форте Драм в Нью-Йорке или лагере «Итан Аллен» в Вермонте. Уровень температуры в арктических условиях, усугубляющийся ветром и особенностями местности, требует подхода к выполнению операций и методологии разработки экипировки, значительно отличающихся от используемых для ведения военных действий на Севере.

Участники учений «Воин Севера – 2014» строят ветрозащитную стену в суровых арктических условиях 
Иными словами, несмотря на недавние шаги МО в формулировке Арктической стратегии, а также на возросшее внимание вооруженных сил к вызовам, которые бросает регион, текущие оборонительные усилия воспринимаются так, как будто необходимость совместного расположения СВ не признается или не оценивается, из-за чего не удается решить проблему логистической, образовательной и оперативной инфраструктуры, требуемой для успешного проведения тактических наземных операций в Арктике.

Достижение стратегических целей, обозначенных в Арктической стратегии МО, потребует от объединенных наземных вооруженных сил сосредоточения основного внимания на тактическом и оперативном уровнях на выживаемости, жизнеобеспечении и маневренности в арктических условиях.

Очень важно подчеркнуть, что основой проведения операций в Арктике является наличие человеческих и материальных ресурсов, которые могут адекватно выполнять свои задачи в экстремальных температурных условиях Арктики и обеспечивать базовый уровень выживаемости. Например, если человек, транспортное средство или даже тактический фонарь перестает адекватно функционировать при температуре ниже –46 градусов по Цельсию, то тест на выживаемость не считается пройденным. Такой человек/транспорт/фонарь будет бесполезным в арктических условиях.

«Воин Севера – 2014»: в ходе подготовки к возможному развертыванию

Приведем пример. Автор настоящей статьи, сотрудничая с канадскими рейнджерами (подразделением, преимущественно состоявшим из аборигенов, живущих в естественных условиях арктического и субарктического региона), обратил внимание на то, что все, что они использовали, предназначалось для эксплуатации в конкретных условиях с конкретными целями. Например, шкура тюленя, собачья шерсть и шерсть карибу обладают несколько разными преимуществами и свойствами. Рейнджерам об этом известно, и они пользуются своим знанием исходя из обстоятельств.

Усвоенный автором урок заключался в том, что понимание нюансов и различий между разными частями экипировки или разными ресурсами, которые, казалось бы, идентичны в применении, уравнивает разницу между успехом и неудачей в условиях Арктики. Специалист по стратегическим вопросам Арктики полковник Чарльз МакЭфи (Charles McAfee) как-то указал на то, что использование экипировки, предназначенной для эксплуатации в условиях умеренного холода, и попытка адаптировать ее к арктическим условиям путем «(добавления) к ней инструментария, дополнительного оборудования и спецкомплектов, затрудняющих в итоге обслуживание и хранение экипировки», редко повышают выживаемость в Арктике.

Состав 86-й пехотной бригадной боевой группы, участвовавший в учениях «Воин Севера – 2014», выявил подобные недостатки у собственного обмундирования, палаток, спальных принадлежностей, горелок и ранцев. Например, обычные военные рюкзаки, которые хорошо подходят для использования при ведении военных действий на Севере, разрушали изоляцию слоев в комплектах обмундирования для действий в условиях экстремально холодного климата и перекрывали ток крови к верхним конечностям. Это спровоцировало быстрое переохлаждение и онемение рук и пальцев, и существенно увеличило риск обморожения. Кроме того, обмундирование для действий в условиях экстремально холодного климата, которое хорошо показывает себя в климатических условиях штата Вермонт, продемонстрировало серьезные конструктивные просчеты во время эксплуатации в Арктике. В куртках и брюках не имеется карманов для переноски экипировки, а поскольку стандартные жилеты для переноски амуниции также повреждают изоляцию и леденеют при наружном ношении, многие солдаты, участвовавшие в учениях «Воин Севера – 2014», перешли к ношению предметов во внутренних карманах, доступ к которым серьезно затруднен. В отличие от них канадское обмундирование оснащается большими наружными карманами, пригодными для переноски боеприпасов, фонарей, карт и иных важных для ведения боевых действий предметов, которые обычно переносятся при помощи средства для переноски амуниции. Подобная конструкция позволяет быстро извлекать критически важные принадлежности, сохраняет целостность изоляции и предохраняет экипировку от полной заморозки.

ВС Канады все еще пытаются решить критические вопросы ведения военных действий в Арктике: использование керамической нательной брони, обновленной конструкции палаток и др.


Подобные сложности не являются уникальным явлением для американских ВС, пытающихся справиться с трудностями военных действий в Арктике. Несмотря на достижения канадцев в определенных аспектах выживаемости (например, обмундирования, предназначенного для холодного климата), ВС Канады все еще пытаются решить критические вопросы ведения военных действий в Арктике, среди которых — использование керамической нательной брони и обновленной конструкции палаток. То, что канадская армия, накопившая немало знаний о ведении боевых действий в Арктике, продолжает работать над их техниками и тактиками, является весьма наглядным показателем того, какие вызовы бросают столь экстремальные условия. Это еще раз подчеркивает тот факт, что армии США необходимо немедленно начать совместную целенаправленную подготовку.

Помимо вопросов, связанных с экипировкой, важно также отметить проблему пределов выживаемости человека. Автор побеседовал с главным инструктором 35-й канадской бригадной группы, уорент-офицером Карлом Пелетье (Carl Pelletier). Последний неоднократно отмечал, что арктическим группам быстрого реагирования становится все сложнее и сложнее сохранять в своем составе новобранцев, побывавших на службе в арктических условиях. В то время как во время летних учений дела у войск идут хорошо, нагрузки разного характера, вызываемые службой в экстремальном климате, заставляют многих солдат уходить в отставку вскоре после возвращения с первых зимних арктических учений.

Наблюдения Пелетье совпадают со словами полковника Гарольда Хансена (Harold Hansen), офицера пехоты, который о ведении операций в условиях горной местности и холодного климата в 1957 году написал следующее: «Ведение операций в Арктике и условиях высокогорья требует людей особой породы». Хансен пишет, что в этих словах нашла свое выражение потребность в энтузиастах и преданных своему делу добровольцах наподобие тех, что вступили в ряды воздушных войск и подразделений специального назначения. Хансен также отмечает, что в дополнение к выдвигаемым экстремально холодным климатом требованиям к психической устойчивости методики проведения военных операций в условиях такого климата также зачастую требуют приобретения различных навыков наподобие ходьбы на лыжах. Обычная пехота может освоить лишь часть этих навыков. Для армии США и объединенного личного состава это значит, что разработка пригодной экипировки лишь частично разрешает проблему соответствия ресурсов принципу выживаемости.

Значительную сложность составляет набор и сохранение кадров, которые будут добровольно проводить длительное время в стрессовых условиях, осваивая мастерство ведения войны в Арктике. По мере того как США приближаются к реализации Арктической стратегии, они сталкиваются с необходимостью прилагать значительные усилия к предоставлению необходимых ресурсов необходимому кадровому составу, что критически важно для заложения основ успеха в Арктике.

«Воин Севера – 2014»: транспортная колонна

Создавая запас человеческих и материальных ресурсов, обеспечивающих выживаемость в условиях Арктики, Армия одновременно должна справляться с проблемой жизнеобеспечения. Обеспечение надлежащего ведения операций в Арктике требует логистической системы, которая могла бы оказывать постоянную поддержку размещенным в регионе наземным войскам. Для Арктики это утверждение куда более справедливо, чем для любого региона с иными условиями. Конечно, опасными могут быть и другие регионы, например, в пустынях часто отмечается недостаток воды, но именно беспощадный холодный арктический климат значительно усиливает потенциальные риски. Как отмечает первый сержант экспедиции «Воин Севера – 2014» Тодд Гэньон (Todd Gagnon), «там, в Арктике, нет никакой глиссады. Если у вас отсутствуют нужные припасы, если происходит любая задержка в поставках жизненно важных ресурсов, все рушится». Следовательно, решение о дислокации войск и проведении операций в Арктике должно сопровождаться детальным планированием жизнеобеспечения и логистики.

Опыт учений «Воин Севера – 2014» на Баффиновой Земле служит прекрасным примером трудностей, связанных с поставками припасов для проведения наземных операций. Во-первых, толщина льда в заливе Фробишер делает этот путь совершенно непроходимым для кораблей, поэтому доставка грузов и персонала к пункту снабжения осуществлялась исключительно воздушным транспортом. Во-вторых, после развертывания в точке высадки пехотные взводы уже не могли выполнять функции полуавтономных легких подразделений ввиду постоянного и быстрого расхода печного топлива. Вместо этого командам жизнеобеспечения приходилось ежедневно доставлять 64 галлона (св. 290 л) топлива на снегоходах в удаленные лагеря: топливо было необходимо для добычи воды путем растапливания льда, подогрева пищи, поддержания нулевой по Фаренгейту (ок. –18 °С) температуры внутри укрытий.

Естественно, такие линии снабжения были ненадежны. Даже в небоевых условиях суровый климат и частые поломки транспорта могли всерьез помешать командам обеспечения в осуществлении снабжения развернутых подразделений. В условиях ведения реального боя, при котором оружие класса «земля-воздух» затрудняет осуществление поставок воздушным транспортом, а также возникает необходимость обеспечивать охрану при снабжении наземных войск, задание было бы куда более сложным. Во время периода напряжения, когда разразившаяся буря вызвала задержку обеспечения и вынудила участников учений «Воин Севера» прибегнуть к жесткой экономии топлива, многие солдаты отметили, что простейшим способом лишить арктические ВС всякой возможности вести какие-либо действия является нарушение их линий снабжения.

Работая над вопросами выживаемости и жизнеобеспечения, подразделению приходится одновременно справляться со сложностями, связанными с решением критических задач маневренности, т. к. именно подвижность позволяет подразделению успешно выполнить то боевое задание, с которым оно было развернуто. Так же, как и в случае с неарктическими операциями, подразделение не может считаться способным проецировать военную силу, если его члены не справляются с основными задачами солдата: ведением огня, перемещением, передачей сообщений. Таким образом, освоение принципа арктической маневренности знаменует переход к настоящей боеготовности в условиях Арктики.

Первый и второй взвод участников совместных учений «Воин Севера – 2014»
готовы к передислоцированию

Зимние боевые действия в Русско-финской войне и отдельные бои Второй мировой продемонстрировали, что легкая пехота, оснащенная лыжами и обмундированием для холодного климата, сама по себе не является примером ВС, способных вести бои в арктических условиях. Подразделения, которые действительно способны на это, разбивают такую пехоту в пух и прах. Пелетьер неоднократно утверждал в ходе замен личного состава, участвовавшего в операции «Воин Севера», что «ведение боевых действий в Арктике — это навык, который можно приобрести лишь со временем. И именно поэтому группы реагирования, постоянно работающие в Арктике, действительно выполняют различные операции, в то время как регулярная канадская армия всего лишь пытается выжить». Иными словами, частые смены личного состава каждые несколько лет негативно сказываются на базе знаний об Арктике, в то время как постоянность состава специализирующихся на Арктике групп позволяет им собрать более опытных солдат, способных перейти от простого выживания к действительному выполнению проводимых в Арктике операций. Военные исследователи Дэвид А. Хоффман и Грег Нетардус также делают акцент на этом утверждении: один из самых значимых факторов, ухудшающих положение армии США в том, что касается выполнения операций в горной местности в условиях холодного климата, заключается в необходимости постоянно менять личный состав. Солдат, обладающих всеми необходимыми навыками для работы в базирующемся в Арктике подразделении в качестве их лидеров или простых членов, совсем немного. Оттачивание этих навыков и превращение их в целостный и эффективный набор занимает годы.

Еще раз: наличие экипировки и материально-технического обеспечения, требуемого для проведения боев в Арктике, недостаточно для успешного ведения операций. Подразделение должно хорошо представлять себе, как справляться со сложностями и использовать имеющиеся у него ресурсы для проецирования военной силы. Добиться этого можно только путем постоянной подготовки военных кадров в арктических условиях.

Помимо вопросов снабжения и личного состава, одной из основных слабостей армии США, связанных с использованием ее ограниченных арктических ресурсов, является отсутствие формальных тактик боевых действий и жизнеобеспечения. Текущая доктрина, построенная на опыте ведения боев в относительно умеренном климате, не справляется с задачей изменения военными силами своих маневровых тактик, необходимых для успешного ведения боя и победы в условиях арктического региона.

Специалисты по тактическим и практическим вопросам Арктики постоянно акцентуируют внимание на двух основных положениях, резко противоречащих текущим тенденциям применения подразделений бригадного типа, приспособленных скорее к нападению, чем к защите. Во-первых, ведущее положение в бою в арктических условиях занимает обороняющийся. Во-вторых, наиболее смертоносны небольшие мобильные подразделения. Скорее всего, в случае возникновения конфликта на территории Арктики необходимость в продолжительных путях снабжения и затрудненное маневрирование боевого транспорта, не предназначенного для ведения боев в арктическом климате, или же крупные пешие формирования вынудят противостоящие армии перейти к использованию мобильных линий защиты и тактик, напоминающих горные маневры, которыми прославился Эрвин Роммель (Erwin Rommel) в ходе 12-й битвы при Изонцо в ходе Первой Мировой войны. Обороняющаяся армия, способная обеспечивать свои вооруженные силы в противостоянии врагу и при этом медленно и неотвратимо продвигаться вперед к своей цели, выиграет битву против врага, который перемещается слишком быстро, не обеспечивая достаточное продвижение линий снабжения и оставляя своих солдат беззащитными в тяжелых климатических условиях.
«Воин Севера – 2014»: первый взвод покидает первую точку учений и с помощью GPS перемещается на вторую, собираясь двигаться в ночное время

Разрабатывая арктические маневры и тактики обеспечения, армия США и объединенные наземные вооруженные силы неизбежно столкнутся с необходимостью увеличения численности войск, подготовленных к ведению боев в горах и на лыжах. Как отмечал полковник Уолтер Даунинг (Walter Downing) в своем исследовании 1954 года о будущем военных операций в Арктике, разнообразие ландшафтов из «ледяных пустошей, болот, скалистых гор и почти непроходимых кустарниковых лесов» потребует от вооруженных сил преодоления снежных, ледяных, скалистых и болотистых местностей, если они хотят достичь цели. Приведем пример из учений «Воин Севера – 2014». Команда, добравшаяся до острова Фробишерс Фартест, прибыла на место в начале отлива. В то время как первая команда успешно добралась до места назначения, остальные вновь прибывшие столкнулись с непредвиденной сложностью: отлив обнажил ледяную скалу, и для преодоления этого препятствия им пришлось заняться скалолазанием.

В дополнение к сложностям, обусловленным спецификой местности, следует также обратить внимание на проблемы связи ввиду обусловленных протекающими в ионосфере процессами помех радиосигнала, на неточность работы традиционных компасов, а также на затруднения в сокрытии оставляемых пулями следов из ледяного тумана, выхлопных газов транспортных средств и температурных индикаторов. Становится ясно, что доктрина ведения маневров в Арктике будет подразумевать совершенно иной способ ведения операций малыми подразделениями, способный обеспечивать боевое превосходство.
В основе нынешнего отсутствия прогресса по формированию единых требований к проведению операций в условиях горной местности и арктического климата лежит неспособность объединить усилия нескольких раздельно действующих ключевых организаций Вооруженных сил США, которые оттачивают обозначенные все более и более важные навыки. Нарушением ключевого доктринального положения, указанного в публикации «Объединенная доктрина вооруженных сил США» (2013 г.), является наблюдаемый недостаток прилагаемых объединенными наземными вооруженными силами усилий по обеспечению операционных и тактических возможностей, которые соответствовали бы положениям «Арктической стратегии» МО. Начинается все с неспособности выработать общую философию, общий язык и общую цель в виде универсальных списков задач, которые ставились бы объединенному личному составу и затрагивали требования к проведению операций в горной и арктической местности.

Центр подготовки к проведению боевых действий в условиях Севера, штат Аляска, Школа военных действий в горной местности и связанная с ней 86-ая пехотная бригадная тактическая группа (горная пехота), штат Вермонт, армия США, шт. Аляска, Центр ведения боевых действий в горной местности Корпуса морской пехоты США, а также различные специализированные подразделения поддерживают небольшой кадровый состав, обладающий базой навыков, необходимой для ведения операций в арктических условиях. Тем не менее, удаленное расположение и отсутствие формального требования их кооперации приводит к тому, что их взаимодействие является ситуативным и неформальным, что в итоге лишает наших военных возможности добиться существенного прогресса в разработке методик совместного проведения военных действий в Арктике.

Заключение

Как однажды заметил Чэд Бриггс (Chad М. Briggs, «Изменения окружающей среды, стратегическое прогнозирование, влияние на военную мощь», Parameters, 2010 г.), «меняющиеся условия окружающей среды... приводят к возникновению новых угроз безопасности, не существовавших прежде». Далее он говорит, что и военные угрозы меняются схожим образом, требуя новых стратегических направлений и, в отдельных крайних случаях, совершенно новый тактических подход к проведению маневров.
Именно такой смены стратегических направлений требует Арктика. Возможно, уже не за горами времена, когда страны столкнутся в конфликте интересов, затрагивающих арктический и субарктический регионы. Конечно, мы надеемся на мирную экспансию деловых интересов и управления в Арктике, но при этом мы должны предусмотрительно подготовиться к защите национальных интересов на вершине мира и противостоять тем, кто будет нам мешать или попытается захватить контроль над регионом. На данный момент мы к этому не готовы.

Каждый год промедления ставит ВС США перед все более серьезной угрозой оказаться неготовыми защищать свои интересы — и союзников по НАТО — в регионе


Перед лицом столь очевидной и явной опасности специалисты по стратегическому планированию и верховное командование должны четко осознавать, что, несмотря на создание Министерством обороны формальной Арктической стратегии, текущие возможности по ведению совместных военных действий на тактическом и оперативном уровнях не включают в себя должным образом подготовленные и экипированные наземные подразделения, которые могли бы успешно вести означенные военные действия.

Более того: в то время как небольшой контингент командующих и инструкторов в различных военных подразделениях США обладает определенной глубиной знаний о ведении боевых операций в Арктике и связанных с этим навыках, Армии и объединенному личному составу недостает критически важных знаний, а также опытного и обученного персонала, который необходим для быстрого создания и развертывания достаточного числа подразделений, способных выполнять основные операции, проведение которых может быть необходимо в Арктике. По мере того как важность Арктики неоспоримо возрастает и другие государства, граничащие с этим регионом, наращивают свои возможности по ведению в нем боевых действий, каждый год промедления ставит ВС США перед все более и более серьезной угрозой оказаться неготовыми защищать свои интересы или интересы союзников по НАТО в регионе. Как писал в своем трактате «Империя: курс на Север» Вильялмур Стефансон (Vilhjalmur Stefansson, канадский полярный исследователь, 1879–1962 гг. — прим. Technowars), «нет таких северных границ, за которые не зашел бы промысел, покуда Север не встретится с Севером на противоположных берегах Арктического океана».
Статья опубликована на сайте http://www.dau.mil/